Книги по тегу «Эмиграция»

Книга воспоминаний Владимира Набокова «Другие берега» (1954) имеет необычное строение и назначение: реконструируя отдаленное прошлое – с первых годов XX◦века по май 1940 года,◦– он старается обнаружить в нем развитие и повторение тайных тем в явной судьбе. Такому развитию и повторению не могут помешать даже самые трагичные годы русской и европейской истории, свидетелем которых стал Набоков. Вопреки времени и пространству, автор «Дара» и «Лолиты» с невиданным искусством и упорством стремится вернуться в свое счастливое усадебное детство – если не во плоти, то собственным «двойником в американском пальто на викуньевом меху». В формате a4.pdf сохранен издательский макет книги.

Начало 1940 годов. Расцвет нацисткой Германии. По дорогам предвоенной Европы скитается группа эмигрантов. Они перемещаются из страны в страну от границы к границе. Получение вида на жительство – единственная мечта этих вынужденных переселенцев. Но если они оказались не нужны своей родине, они оказываются лишними и в любой другой стране. И все же, несмотря ни на что, даже в это безумно тяжелое время они остаются людьми с большой буквы, людьми, большими чем их надсмотрщики и истязатели. Они любят, они сопереживают, они просто живут. Также не пропустите аудиокниги Эриха Марии Ремарка: «Три товарища», «Жизнь взаймы», «Триумфальная арка», «Черный обелиск»

Они вошли в американский рай, как тени. Люди, обожженные огнем Второй мировой. Беглецы со всех концов Европы, утратившие прошлое. Невротичная красавица манекенщица и циничный, крепко пьющий писатель. Дурочка-актриса и гениальный хирург. Отчаявшийся герой Сопротивления и щемяще-оптимистичный бизнесмен. Что может быть общего у столь разных людей? Хрупкость нелепого эмигрантского бытия. И святая надежда когда-нибудь вернуться домой…

Жан-Мишель Генассия – новое имя в европейской прозе, автор романа «Клуб неисправимых оптимистов». Французские критики назвали его книгу великой, а французские лицеисты вручили автору Гонкуровскую премию. Герою романа двенадцать лет. Это Париж начала шестидесятых. И это пресловутый переходный возраст, когда все: школа, общение с родителями и вообще жизнь – дается трудно. Мишель Марини ничем не отличается от сверстников, кроме увлечения фотографией и самозабвенной любви к чтению. А еще у него есть тайное убежище – это задняя комнатка парижского бистро. Там странные люди, бежавшие из стран, отделенных от свободного мира железным занавесом, спорят, тоскуют, играют в шахматы в ожидании, когда решится их судьба. Удивительно, но именно здесь, в этой комнатке, прозванной Клубом неисправимых оптимистов, скрещиваются силовые линии эпохи.

В Библии сказано: «Возлюби ближнего своего». Но – как возлюбить ближнего своего, если ближние твои желают лишь схватить тебя и убить? Ты бежишь от смерти, ставшей реальностью, от ада страшных гетто, от безнадежности – к надежде… Но надежда может обмануть. И тогда – «плачьте не об ушедших, а об оставшихся…».

"Интересно работает эта штука: Небесная бухгалтерия…Порою кажется, что твои жалобные вопли не достигают высоких инстанций. Однако… Период перед написанием романа «Последний кабан из лесов Понтеведра» был у нас абсолютно, тотально безденежным. Сейчас даже плохо помню – как мы выкручивались со счетами, прокормом детей…Словом, ситуация, как говорил мой муж, была «совершенно достоевская». И вдруг мне предложили полставочки в Доме Культуры. Зарплата плевая, но выбирать не приходилось…Я ринулась исполнять обязанности массовика-затейника в группе русских пенсионеров. И под крышей Матнаса (того самого Дома Культуры) вдруг обнаружила – Сюжет. То есть, сюжет романа как-то сам собой сочинился, сложился, скрутился из ежедневных нервотрепок, из типажей, из странностей и дикостей – то есть, из любимого мною материала жизни. Денег по-прежнему не хватало, но я писала книгу и жизнь воспринимала как-то боковым зрением. Роман вышел и оказался увлекательным, трогающим, бередящим какие-то струны души. Причем, не только израильских читателей, но и российских. Его стали переводить, переиздавать…И вот тогда, расписываясь за гонорары, я поняла важный принцип работы той самой неприступной Небесной бухгалтерии. Принцип, собственно, простой, давно запечатленный в чьей-то поговорке: «Не корми бедняка бесплатной рыбой, подари ему удочку». Роман этот кормит меня до сих пор. И значит, радует читателей. Выходит, на удочку мою поймана достойная рыбина"? Дина Рубина Возрастное ограничение: 18+ Внимание! Фонограмма содержит нецензурную брань.

Сборник рассказов Дины Рубиной «Эмиграция, тень у огня» – искренние монологи и яркие зарисовки об отъезде, прощании, потере, обретении и надежде. «Однако когда срастутся ребра, переломанные в кораблекрушении под названием „эмиграция“, когда прояснится и обострится зрение, ограненное ширью океанских валов, когда, преодолев расстояние и время, и ощутив под ногами новую твердь, ты обнаружишь себя более устойчивой, более жесткой, и куда менее доверчивой и менее сговорчивой… – ты поймешь, что судьба, лишив отечества, подарила тебе некий шанс на вторую попытку. …У кошки девять жизней, у тебя будут две. Две разных, но единственных и наполненных жизни. Эмиграция – это умножение надвое тоски, но и радости тоже; провалов, но и удач, а как же». – Дина Рубина Внимание! Фонограмма содержит нецензурную бран ь