Книги по тегу «Рассказы»

Тёмные Аллеи Ивана Бунина – знаменитый цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики. Он без сна лежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…

Манфрида Кроу приглашает к себе в поместье один знатнейший вельможа, известный ранее при дворе императора Адриана. Вельможа просит законника Кроу помочь ему спастись от императорского правосудия, ведь в его доме было совершено таинственное убийство.

Долгожданная новинка! Мы продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова. Представляем Вашему вниманию еще один сборник ранних рассказов Сергея Довлатова, большая часть которых была написана в 1980х годах. Буквально после нескольких своих первых текстов писательский стиль Довлатова стал «довлатовским» – с его узнаваемым юмором, иронией, парадоксальностью и абсурдом, мастерски соединяемыми с описанием повседневности. Герои рассказов Довлатова – эмигрировавший неудачник Головкер и бортпроводница Лида, майор Кузьменко и режиссер Малиновский, молодая супружеская пара и подрабатывающий студент… Социальный срез не столь важен, ведь человек человеку – друг, встретились – поговорили. Точнее – попытались поговорить. Но 80е годы были временем распада связей и потерей внутренней ориентации. И разговор между героями лишь хочет случиться, но не случается, персонажи рассказов лишь пытаются найти свое место в абсурдной реальности, но не находят. И не важно при этом – СССР это, или Америка. Помогают выжить в этой абсурдной и теряющей контуры реальности лишь чувство юмора и неотступная саморефлексия. «Мне всегда казалось, что при гигантском его росте отношения с нашей приземистой белобрысой реальностью должны были складываться у него довольно своеобразным образом. Ощущение граничащей с абсурдом парадоксальности всего происходящего – как вовне, так и внутри его сознания – присуще практически всему, из-под пера его вышедшему». Иосиф Бродский

Господин из Сан-Франциско всегда был убежден, что удовольствие можно купить, и теперь, когда у него много денег, будет много удовольствий. Господин из Сан-Франциско – типичная личность, а чем отличаешься от него ты? Может быть, этот рассказ поможет понять кто ты на самом деле и изменить свою жизнь. Рассказ «Господин из Сан-Франциско» был написан Иваном Алексеевичем Буниным в 1915 г. Через 18 лет, в ноябре 1933 года, за книги «Господин из Сан-Франциско» и «Жизнь Арсеньева» Бунин будет награжден Нобелевской премией. В своей благодарственной речи писатель скажет: «В мире должны существовать области полнейшей независимости. Несомненно, вокруг этого стола находятся представители всяческих мнений, всяческих философских и религиозных верований. Но есть нечто незыблемое, всех нас объединяющее: свобода мысли и совести, то, чему мы обязаны цивилизацией».

Бонусный рассказ по дилогии "Отражение не меня". Читать исключительно после книги "Отражение не меня. Сердце Оххарона". Для оформления обложки использованы материалы сайта depositphotos, фото автора JaneUK.

Софьины дни – лучшее время для свадеб и худшее для суда. Это рассказ о любви и глупостях, ради нее творимых, и немного – о внутренних интригах Церкви Праматерей. История случилась задолго до основных событий цикла и никак не связана с ними. Хотя кое-кто из персонажей покажется читателю знакомым.

— Тимур, нам нужно поговорить. Это касается нашей дочери, — слышу женский голос из трубки. Я смотрю в телефон мужа. Ему звонит какая-то «Инесса». — Какой еще… дочери? — спрашиваю я вместо него. На том конце повисает пауза. — Вы, наверное, Аня? Ее знание моего имени как нож по коже. — У нас с вашим мужем был роман, — поясняет незнакомка. — Извините, вы не должны были узнать. Передайте Тимуру, что мне стало хуже. Я попала в больницу. Пусть он заберет нашу дочку и позаботится о ней. Я смотрю на мужа и спрашиваю прямо: — У тебя что, есть дочь?.. Лицо Тимура резко меняется, и он проводит ладонью по лицу. — Да. Я почти шепчу: — И… сколько ей? — Аня… так получилось. Ей пять лет. Я киваю. Все бы ничего, но мы в браке десять. Как так получилось?

«… Женщина все время пытливо смотрела на него, слегка щурясь. – И чистоту люблю, – ответила она. – Ведь при господах выросла, как не уметь прилично себя держать, Николай Алексеевич. Он быстро выпрямился, раскрыл глаза и покраснел: – Надежда! Ты? – сказал он торопливо. …»

«Большой город встретил пылью и изнуряющей жарой, но мне, семнадцатилетней и необстрелянной, хотелось думать, что это радушные объятия. А еще хотелось пить, к маме и снять наконец босоножки на высоком каблуке. Каблуки были вызовом. Покорять большой город нужно непременно на высоких каблуках. Ну, мне тогда так казалось. До тех пор, пока на помощь здравому смыслу не пришла боль в стертых до крови ногах. Но, увы, было уже поздно…»

«Это озеро не отыщешь на карте. Небольшое оно. Небольшое, зато памятное для Васютки. Еще бы! Мала ли честь для тринадцатилетнего мальчишки – озеро, названное его именем! Пускай оно и не велико, не то что, скажем, Байкал, но Васютка сам нашел его и людям показал. Да, да, не удивляйтесь и не думайте, что все озера уже известны и что у каждого есть свое название. Много еще, очень много в нашей стране безымянных озер и речек, потому что велика наша Родина и, сколько по ней ни броди, все будешь находить что-нибудь новое, интересное…»

«…Походы к психотерапевту больше не помогали. Наоборот, Алисе начало казаться, что после того, как она вставала с удобной, обтянутой дорогой кожей кушетки и выходила из врачебного кабинета, становилось только хуже. И таблетки тоже не помогали. То есть помогали поначалу, первые пару месяцев. У Алисы даже получалось заснуть и проснуться без кошмаров. Или кошмары эти были такими глубокими и запрятанными так далеко в глубинах подсознания, что просто не успевали за ночь выбраться наружу? Она давно приучила себя спать мало, урывками, а просыпаться при первом же тревожном звоночке. Вскидывалась в холодном поту, с трепыхающимся в горле сердцем, с придушенным еще во сне криком. Она научилась выживать…»

Что такое русский Эрос? Кто из наших художников слова отдал дань этой вечной теме? Вот те вопросы, на которые мы попытались ответить изданием сборника представленного на ваш суд. Мы собрали наилучшие образчики, самые сокровенные страницы русского Эроса, воодушевленно созданные чувственной любовью русских писателей ХIX-XX веков. Рассказы и новеллы, включенные в данный сборник, уже давно считаются классикой русской эротической литературы. Их авторство приписывают таким столпам отечественной литературы, как А. Толстой, А. Чехов, И. Бунин и С. Есенин. И это лишь малая часть мастеров слова, внесших свой вклад в создание русского Декамерона. И пусть порою прямых доказательств авторства того или иного мастера нет, но то, принадлежит ли перу Толстого рассказ «Баня» или он является распространенной некогда в литературных кругах и, увы, забытой ныне формой литературной мистификации, ни в коей мере не может повлиять на яркость красок и образов самого произведения. Новеллы, вошедшие в данный сборник, представляют собой широкую палитру ярких чувств и эмоций. Какие могут быть разговоры об «Оттенках серого», когда наша литература обладает таким богатством красок. Мы надеемся, цитируя автора «Заветных сказов» Алексея Ремизова (не вошедших в данный сборник, но готовящихся к выпуску), что «только величайшие невежество и щелинная узость – увидеть здесь кощунство и похабство – нет, это первый камень для создания большой книги русского Декамерона». Это противопоставление художников той обстановке апокалипсиса, смерти, войн, чахотки, разрухи и пропаганды, которая окружала и давила их. Это глоток любви и свободы, подаренный их современникам и нам – их потомкам, позволяющий за их побронзовевшими бюстами увидеть живые и чувственные натуры, по-новому взглянуть на их литературное наследие, на ставших хрестоматийными героев их произведений. Уважаемые слушатели! Рекомендуем вам осуществлять прослушивание сборника в отсутствии детей, не достигших восемнадцатилетнего возраста. ©&℗ ИП Воробьев В.А. ©&℗ ИД СОЮЗ

Суббота начиналась обычно: муж уехал на рыбалку, Ева осталась одна. За восемнадцать лет брака она привыкла к таким дням. Но случайное желание пересчитать накопления превращает привычную субботу в точку невозврата. Денег в тайнике оказывается в разы меньше, чем должно быть. Кто взял? Муж? Но зачем? И главное — куда ушли почти два миллиона, которые они копили годами? От автора: История о том, как одна находка меняет всё. И о женщине, которая решает не быть жертвой.

«Был прекрасный июльский день, один из тех дней, которые случаются только тогда, когда погода установилась надолго. С самого раннего утра небо ясно; утренняя заря не пылает пожаром: она разливается кротким румянцем. Солнце – не огнистое, не раскаленное, как во время знойной засухи, не тускло-багровое, как перед бурей, но светлое и приветно лучезарное – мирно всплывает под узкой и длинной тучкой, свежо просияет и погрузится в лиловый ее туман. Верхний, тонкий край растянутого облачка засверкает змейками; блеск их подобен блеску кованого серебра… Но вот опять хлынули играющие лучи, – и весело, величаво, словно взлетая, поднимается могучее светило. Около полудня обыкновенно появляется множество круглых высоких облаков, золотисто-серых, с нежными белыми краями. Подобно островам, разбросанным по бесконечно разлившейся реке, обтекающей их глубоко прозрачными рукавами ровной синевы, они почти не трогаются с места…»

«Гриша Райцигер, двадцатилетний худосочный и вполне носатый юноша, студент четвертого курса пединститута (факультет русского языка и литературы), блаженно дремал в провисшем глубоком гамаке под щедрой тенью густых сосен. Двенадцать дня. Жара стояла невыносимая. Сквозь некрепкий сон – только-только начал проваливаться глубже – он услышал резкий, впрочем как обычно, голос мамы Инессы Семеновны. Вместе с назойливой мухой вялым движением руки он пытался отогнать решительный и неприятно громкий окрик матери, отлично понимая, что сделать это вряд ли удастся…»