Книги по тегу «Развод»

В сорок шесть лет Ольга весит 110 кг и узнаёт, что муж, с которым она прожила двадцать два года, уходит к молодой любовнице. Он называет её скучной, обыденной и обвиняет в том, что она «обабилась». Но предательство становится не концом, а началом. Ольге предстоит заново собрать себя, защитить детей, пережить унижение и доказать прежде всего самой себе: цифра на весах не определяет ценность женщины. История о разводе, поздней любви, материнстве и праве начать жизнь сначала.

Суд не дал развода! Три месяца примирения в одном доме с мужем-изменщиком? Вика готова на всё, чтобы получить развод. Даже приручить дикую капибару, построить стену в супружеской постели, пригрозить бензопилой, когда дело дошло до раздела дома. Слава готов на всё, чтобы вернуть жену. Даже терпеть её выходки. Даже отдать весь бизнес. Даже доказать, что все «измены» — это подстава, организованная теми, кому они доверяли. Смогут ли они пережить эти три месяца и не убить друг друга? Или поймут, что точка в их отношениях была поставлена слишком рано?

Я села в поезд Москва — Новосибирск и никак не ожидала, что в двухместном купе моим попутчиком окажется бывший муж. — Ты?! Я широко раскрываю глаза. — Ты ты что, запрыгнул в поезд? — А у меня был выбор? Ты пнула в сугроб мой чемодан, — рокочет он. — Нечаянно. Он смотрит так, что мне самой не верится в это «нечаянно». — Ты думала, что из-за твоей выходки я пропущу свадьбу нашей дочери? — Ничего, из-за своей измены ты пропустил десять лет ее жизни! Он делает шаг, но я загораживаю путь. — Это мое купе! — говорю ему. — Это и мое место тоже. — Не может быть — Может, милая женушка! — Бывшая! — Милая бывшая женушка, — ухмыляется бывший муж. Он отодвигает меня в сторону. Проходит в купе. И поворачивает защелку СВ. Я автоматически отступаю вглубь, пока не упираюсь бедрами в край столешницы. — Это что, какая-то шутка? Мы будем ночевать в одном купе? — В одном купе. Три дня и две ночи. Совершенно одни, — подтверждает мои опасения бывший муж и начинает раздеваться.

Она просто не успела поднять голову. От бесконечных дежурств. От троек Маши. От выпускных экзаменов Ани. От счетов за дом. Не успела увидеть, что её мужчина — её сильный, её надёжный Игорь — задыхается рядом с ней. А потом случилась вспышка. Последняя. Самая страшная. Она стояла за дверью с бутылкой его любимого кьянти в руках. И слышала женский смех. А следом — его голос. Голос, который когда-то обещал ей вечность, теперь выносил приговор: с Леной всё кончено. Он разводится. Она отдала этому браку двадцать лет. Теперь ей предстоит узнать, что останется от неё самой, когда рухнет всё, ради чего она жила.

Диагноз «Бесплодие», предательство мужа, незнакомец, который подал руку помощи… Да я едва не погибла в тот роковой день! Четыре года мне удавалось спокойно жить, но теперь… По иронии судьбы моего сына спас тот, кто однажды спас меня… И он понятия не имеет, что это и его сын тоже.

*Елена, я люблю твоего мужа. Каждый день жду, когда наберётся храбрости и сам уйдёт от тебя* *Ты, наверное, думаешь, что это шутка или ошиблись номером, но это не так. Паша замечательный мужчина, мы безумно счастливы, когда вместе. Не веришь? Спроси у него про Марину* С двух сообщений с неизвестного номера начался крах моей семейной жизни, любви и веры в одного единственного мужчину. Простить измену? Нет, это не про меня. Гордо подняв голову, подаю на развод, уезжаю и верю, что в будущем будет лучше, но отпустит ли прошлое? Или всё же время лечит?

- Кто это? – спрашиваю, через силу шевеля губами, и показываю телефон. Пусть оправдается. Пусть скажет, что это ошибка, шутка, что угодно! И я поверю. Но Костя пугающе долго молчит, подбирая слова, и надежда начинает с грохотом рушиться. - Скажи хоть что-нибудь! – срываюсь на крик. – Я заслуживаю знать правду! Костя протяжно выдыхает, подходит, присаживается передо мной. Аккуратно забирает телефон, бросает на кровать, берёт за руки и заглядывает в глаза. - Это моя ошибка, Вит, - говорит, наконец, тихо. - Ты мне изменил? – спрашиваю, понимая, как наивно и жалко звучит вопрос. - Всё уже в прошлом, - отвечает твёрдо, сжимает мои пальцы. Муж перестал видеть во мне женщину. Завёл любовницу для тела, а меня пытается убедить, что я - для души. Только во мне больше нет ни доверия, ни любви, одна боль. Из любимой я стала удобной, но долго так продолжаться не будет. Не позволю вытирать о себя ноги, месть будет холодной и сладкой.

— Потому что я что? Говорю правду? Хочу, чтобы у моих детей была нормальная мать? А не жирная корова! Нормальная мать. Жирная корова. Как же больно... Он подошёл ближе, и я почувствовала запах его дорогого одеколона. Когда-то этот запах сводил меня с ума от желания. Теперь он ассоциировался с болью. — Посмотри на жену Пашки из соседнего подъезда. Трое детей, а выглядит на двадцать пять. Посмотри на Светку из твоей бывшей работы — она на фото в соцсетях как модель. Сравнения. Он сравнивал меня с другими женщинами так же естественно, как сравнивают товары в магазине. И я всегда проигрывала в этих сравнениях. Всегда была хуже, толще, некрасивее. Телефон в его кармане завибрировал. Он достал его, глянул на экран, и по его лицу пробежала едва заметная улыбка. Та самая улыбка, которую он когда-то дарил мне. — Мне нужно ответить на рабочий звонок, — сказал он и вышел из комнаты. Рабочий звонок в субботу вечером. Конечно.

— Антон? Что-то случилось? Я ужин приготовила, твоё любимое блюдо… — Ничего не случилось, — он залпом выпил беленькую, скривился и поставил стопку на комод. — То есть случилось. Нам надо поговорить. Сердце ухнуло куда-то вниз, в самый живот. Я медленно опустила крышку пианино. В тишине квартиры этот звук прозвучал как удар. — Я ухожу, — сказал он. Просто и буднично, глядя куда-то мимо меня, на узор на ковре. — Я ухожу от тебя. К другой женщине. Четыре слова. Всего четыре слова, произнесенные моим мужем в нашей гостиной, пока на кухне остывал его любимый ужин. Они не были сказаны на крике. Антон произнес их так, как будто сообщил, что в магазине не было хлеба. И от этого было еще страшнее. Ещё горше. — Что?! — я не узнала свой голос. Он стал тонким и чужим. — К Еве, — произнес он имя, как будто это что-то объясняло. — Моя помощница. Она… с ней всё по-другому. Мы в одном ритме живем, понимаешь? Я устал от этой тишины, от одного и того же дня. Я жить хочу.

- Как же я тебя любил… - произносит хриплым шёпотом муж. Парой мгновений назад он подошёл размашистым шагом, взял за подбородок моё лицо и оставил на губах такой знакомый и родной, но уже забытый поцелуй. Мы развелись год назад, но я до сих пор с трудом говорю о нём «бывший». - Вот и хорошо, что всё в прошлом, - шепчу в ответ, не сразу делая шаг назад. - Хорошо, любимая, - кивает он, ухмыляясь. Обращение - как издёвка. - Говорят, ты стала мамой совсем недавно? Жаль, что я вовремя не понял, на какой дряни был женат… Вот и славно, «любимый». Продолжай думать так и дальше. Потому что о нашем браке после твоей измены у меня точно такие же мысли.

«Я беременна от твоего мужа», - прилетает входящее сообщение с неизвестного номера. - А я нет, - горько усмехаюсь. Тянусь за тестом, ни на что не надеясь. Да и уже неважно. - Малыш, ну что там? – доносится голос мужа за дверью. - У меня минус, - шепчу, гипнотизируя взглядом проклятую одну полоску. Слабую и бледную, потому что нужное время не выдержано, но одинокую. – У тебя плюс, - хмыкаю, но он не слышит. «Твой муж сегодня поедет ко мне. Не мешай нам», - мигает еще одно сообщение. Однако… Какая наглая у нас любовница. «До утра его продержи, я хоть отдохну. И покорми сама. Мне готовить лень», - отправляю ей. Собираюсь выбросить использованный тест, но присматриваюсь внимательнее… - Да ладно?! * Я не смогла родить мужу наследника, а он, кажется, решил найти мне здоровую замену на стороне. У меня один выход – развод. Нам дали тридцать дней на примирение, после чего мы расстанемся навсегда. Если только... тест не покажет две полоски.

Сегодня в парадном кителе мужа я нашла детский рисунок с кривыми буквами и подписью «Любимому папе». Это стало для меня доказательством его тайной семьи — другой женщины и маленького сына, о существовании которых я не подозревала. Но Артём даже не дрогнул. Он спокойно бросил рисунок в камин и с ледяным сожалением объявил, что мой переезд сюда и возраст лишили меня рассудка. Когда я потребовала развода и раздела имущества, он вынес приговор: меня признают психически нездоровой, изолируют на гауптвахте и передадут военным психиатрам. Для моего же блага, как он сказал. И для сохранения государственной тайны, к которой я, будучи его женой, имела доступ.

Семь лет я была женой генерала Арсена Градова. Ждала. Молчала. Понимала. Была его тылом, пока однажды не увидела у него другую жизнь: закрытую квартиру, испуганную женщину и ребенка, который ждал его прихода. Я не стала устраивать сцен. Просто пришла к нему в штаб и положила на стол документы на развод. — Подпишите, генерал. Я больше не ваш тыл. Он подписал. Без борьбы. Без объяснений. Без единой просьбы остаться. Но вскоре я узнала: та женщина не была любовницей. Ребенок не был его сыном. Они были свидетелями по делу, за которое убивают. Теперь за мной охотятся, а бывший муж снова пытается меня защитить. Только он никак не поймет: я ушла не потому, что он не смог меня спасти. Я ушла потому, что он ни разу не дал мне права выбирать самой.

Представьте – ваш муж сутками торчит у компа и набрал кучу долгов, властная свекровь не даёт продыху, маленькому сынишке нужна дорогостоящая реабилитация после травмы. А вы – обычная учительница младших классов со скромной зарплатой! Справились бы или опустили руки? Виктория не унывает и старается набрать побольше учеников. Кажется, что чуда ждать неоткуда. Как вдруг отец маленькой ученицы, суровый и обычно молчаливый бизнесмен Матвей Немиров предлагает «безобидную» аферу. Это очень не понравится деспотичным родственникам Вики. Зато приведет в восторг двух шкодливых детишек! Главное правило для Вики и Матвея – чувства под запретом. Но кто же о нём вспомнит, когда их история начинает походить на сказку? Иллюстрированный роман! Литмоб «Чужих детей не бывает»

Он клялся любить меня вечно... пока не изменил. Мне всегда казалось, что мы идеальная пара. Пятнадцать лет брака, общая дочь, успешная карьера. Но однажды я решила сделать мужу сюрприз — и застала его в объятиях молодой секретарши. Героиня 35+ Второй шанс Переосмысление жизни Год написания: 2025

– Как вы знаете, у нас с вашим мужем хм... как это сказать... – Связь? Интрижка? Адюльтер? – подсказываю я. – Роман – она всё-таки подбирает нейтральное словечко. – И у нас все очень серьезно, а тут вы... Меня накрывает злость. Ее послушать, так я самым бессовестным образом мешаю несчастным влюбленным наслаждаться жизнью. – Ах, вы любите друг друга? Прекрасно! Я здесь при чем?.. – Я прошу не препятствовать нашим чувствам и отойти в сторону Отпустите его, дайте нам счастья! – Да забирайте! Мне такого добра не надо! Только вот объясните, если у вас такая большая любовь, почему Сергей уговаривал меня остаться и называл ваш роман недоразумением?.. – Серж не мог такого сказать! Серж? Божечки, как же это вульгарно и пошло звучит. – Но именно так он и сказал вчера. – Вчера?.. Вчера вечером Серж был со мной Могу показать нашу переписку – она открывает телефон. Я стараюсь не смотреть, но все же замечаю аватарку мужа и одно-единственное слово «еду». В сердце будто нож воткнули.

Она держала новорождённого сына на руках, когда в палату вошла свекровь. Анжела Викторовна не поздравила её, не взглянула на внука – лишь холодно отрезала, что брать ребёнка не собирается. И эта ледяная отстранённость ударила больнее пощёчины. Свекровь закрыла за собой дверь родильной палаты и положила на тумбочку папку. Первобытный инстинкт уже кричал молодой матери – хватай ребёнка и беги. Беги от этой женщины, от её мёртвого взгляда, от того страшного, что вот-вот случится. Но бежать было некуда. Анжела Викторовна спокойно, почти равнодушно сообщила: Святослав больше не хочет её видеть. Ни её. Ни этого ребёнка. Её сын наконец прозрел и понял, с кем связал свою жизнь. Каждое слово падало на душу камнем, мир качнулся, стены поплыли перед глазами. А потом свекровь достала из папки документы. Тест ДНК. Чёрным по белому – ребёнок не от Святослава.

— Лика — Артём тоже сел, потянулся к брюкам. — Какой ты прекрасный подарок мне приготовил, — услышала я свой спокойный голос, словно со стороны. — Просто незабываемый. Офигенный. — Подожди, ты не так поняла... Я не дала ему договорить. Два шага к кровати. Крышка с коробки слетела на пол. Я схватила торт обеими руками, чувствуя, как пальцы проваливаются в мягкий бисквит, и с размаху впечатала Тёме в его симпатичную физиономию. — С днём рождения меня, — зло усмехнулась я. Развернулась и пулей вылетела из номера. По коридору, по лестнице, мимо дежурной, которая что-то спросила вслед, но я её не расслышала, в ушах стоял белый шум. Села в машину и уставилась на руль невидящим взором. Пальцы были в липкой глазури и белом сливочном креме. Я смотрела на них и отстранённо подумала, что надо бы вытереть, а то руль испачкаю. Судорожно вынула влажные салфетки, остарвенело отёрла ладони. Руки тряслись так, что я едва попала ключом в замок зажигания. В душе зияла огромная чёрная дыра...

— Арина, давай говорить откровенно. Яна – это бизнес. Стратегический союз. Михаил Лебедев даёт нам триста миллионов долларов инвестиций. Взамен я женюсь на его дочери и делаю её совладелицей части активов. Простая сделка. — А я? — А ты моя жена. Моя команда. Мой тыл. И должна всё понять. Разведёмся на время, пока я не воплощу в реальность свой план. — Хочешь, чтобы я подвинулась и уступила место твоей любовнице? Притворилась, что подобное положение дел меня вовсе не ранит? Он встал, подошёл ко мне. Взял за руки: нежно, привычно. — Ариша, милая… После IPO всё изменится. Яна получит свои акции, Лебедев прибыль, а мы с тобой станем миллиардерами. Подумай сама: разве стоит поднимать шум из-за временного статуса разведёнки? Статус разведёнки? Поднимать шум? Наш брак, моя любовь, всё, что я сделала для Кости - всё это он вот так одним махом обесценил. Я высвободила руки и решительно заявила: — Да, мы разведёмся. Но не на время. Навсегда. Я уничтожу его. Отомщу. Он ответит за всё.

– Какой корпоратив, Надя? Ты в своем уме? И в чем ты туда пойдешь? – недоумевает Стас. – Можно, конечно, одолжить у кого-то чехол на танк, но – хихикает он, поправляя бабочку. – Ну да, он бы подошел. Мне ничего не остается, как проглотить обиду и промолчать, что я знаю о Камилле – его белокурой, длинноногой любовнице Я воспитываю нашу двухлетнюю дочь, экономя на всем, а муж возит по курортам Камиллу и одаривает ее бриллиантами, слепо веря, что я никуда не денусь. Сейчас я промолчу, милый Пока ты мотаешься по командировкам, я верну себя Стройную фигуру, уверенность, право голоса, в конце концов Вернусь, чтобы уничтожить твой мир

Ситуация просто катастрофическая... мало того, что с кумой гуляет, так ещё и дом перегородил на две части... и живёт со своей @урвой в одной половине, а я - в другой. Ну ничего, гордость поглубже засуну и потерплю до развода, но вам спокойной жизни не будет, голубки! Таньку обидеть каждый может, не каждый может убежать!

Жизнь успешного архитектора Елены Сокольской рушится в один день. Муж и лучшая подруга не просто любовники, но ещё и аферисты, которые хладнокровно подставляют её, делая главной обвиняемой в многомиллионной афере. Все улики против неё, на кону — её свобода. Когда правосудие бессильно, у Лены остаётся лишь одно оружие — её острый, аналитический ум. Чтобы спастись, гению строительства предстоит стать гением разрушения и найти единственный изъян в идеальном плане предателей. Я уничтожу его. Отомщу. Мой муж ответит за предательство и обман. Я обещаю.

— Да это же просто секс! Ну, было разок, — ухмыляется муж, — ну, может, два! О каком разводе речь, Оля?! Успокойся! Мне на глаза попалась фотография, опубликованная в соцсетях популярной моделью. С подписью: «Мой любимый такой милаха, когда спит». Все верно. Мужчина на фото выглядит довольно внушительно. Вот только в ее любимом я узнаю своего мужа, с которым мы вместе уже шестнадцать лет.

Муж изменил. Назвал фригидной, бесплодной карьеристкой, а новый заведующий отделения при всех заявил, что я слабое звено в коллективе. "Ваше опоздание сегодня — не просто нарушение субординации, — начинает он. - А показатель непригодности. Я вижу растерянную женщину с заплаканными глазами, которая тащит свой личный багаж через порог больницы. Мне такой хирург не нужен!..

— Овца возомнившая, что может увести из семьи мужчину, может увести только барана, который ей под стать! — поправляю контур помады подушечкой пальца. — Я, по-твоему, тот самый баран? — А ты считаешь, что нет? — улыбаюсь, а у самой кошки на сердце скребут. — Считаю, что мужчина сам волен решать с кем ему жить, а с кем нет, — гордо заявляет мне этот нахал, с которым я прожила двадцать лет. — Ты человек взрослый, тут не поспоришь, — взбиваю локоны волос двумя руками. — Значит, осознал все риски, связываясь с одногруппницей своей дочери. — Какие риски?.. — Если она тебя бросит, я обратно не приму. Никогда! Муж влюбился в другую. Она намного моложе меня и глупее. Не понимает ещё, что взваливает на свои хрупкие плечи кота в мешке. Теперь пусть сама мучается.

- Твоя молодая любовница беременна. Поздравляю, - говорю своему горячо любимому мужу, и кладу перед ним на стол темный снимок УЗИ, который обжигает руки. - Как ты узнала? – спрашивает предатель как будто ничего не произошло. - Ты забыл это в садике у нашего сына. Я подаю на развод, - слова даются с трудом. Говорить невыносимо. Сердце на куски разрывается. Глаза покалывает, но я держусь. Не стоит он моих слез. -Я все объясню, - муж тянется ко мне, пытаясь меня обнять, но я резко отстраняюсь от него. Гости уже ждут, когда мы вернемся. Годовщина нашей свадьбы стала роковой датой. Датой, когда наша семья разбилась вдребезги. -Ты теперь можешь заниматься своей новой семьей, Литовский. А меня оставь в покое, я видеть тебя не желаю, - шиплю дикой кошкой, глядя в его глаза. -Возвращайся к гостям, Арина. Дома разберемся, – с металлом в голосе говорит предатель

— Да, Ань, она родила от меня, — убивает словами муж. — Раз ты все знаешь, тогда я расскажу тебе, как будет дальше. Влад выпрямляется, в упор глядя на меня. — Я увезу ее с сыном в Сочи. Уже купил им там квартиру. Буду ездить к ним, навещать пару раз в месяц, а жить останусь с тобой и нашими детьми. — Мы разводимся! — заявляю я. — Можешь ехать в Сочи и воспитывать с ней вашего сына. — Мам, ну что за чушь ты несешь? — выходит из комнаты дочь. — Папа любит тебя. И ее тоже любит. Пусть будет так, как он сказал. — Твоего мнения я не спрашивала, — сверлю ее взглядом. — Ты полтора года знала, что он мне изменяет с ней, и молчала. — Да, молчала, и что с того? — отрезает дочь. — Я так-то общаюсь с ней. И продолжу общаться дальше. Мы теперь одна семья. ***

Все мужики изменяют – говорят мои подруги. Но только не мой муж – была уверена я. Была, пока случайно не застала его с другой. Измена в День всех влюбленных... Горькая ирония судьбы. – Я с ней разведусь, – страстно обещал мой муж, обнимая другую. – Чуть позже. Ты должна понять. Нужно все подготовить. А у меня сделки. Репутация. Потерпи. Совсем немного. – Уже год жду, – капризно тянет девица. – Я устала. Мне без тебя так одиноко. – Еще чуть-чуть, – обещает мой муж. Я выхожу из комнаты, не желая дальше видеть их. Шок. Боль. Непонимание. – О, нет, дорогой, – шепчу я, – еще год ждать не придется. Я первой подам на развод.

Говорят, когда карьера идет в гору, личная жизнь рушится. Моя рухнула в который раз? В третий? Четвертый? Да, я не умею выбирать мужчин. И жизнь с ними строить — тоже. Как и моя мама. Она была замужем четыре раза. Что это, семейное проклятье? — Бесчувственная кукла ты, Аня! — кидает мне Данил вместе с кольцом на стол. — Ничего, что это ты мне изменил? — интересуюсь я меланхолично, потирая виски от усталости и тянусь к чашке кофе. — А что мне было делать? — Зарабатывать больше меня, к примеру? — усмехаюсь я. Утро выходило пикантным. Кажется, что у меня уже иммунитет к таким сценам. Мои мужчины традиционно обвиняют во всем меня, ведь это я — успешная карьеристка, у которой никогда нет ни на что времени. И вот это коронное три,два,один... — В твоем возрасте ты уже никого не найдешь под свои запросы! — бросает Данил и хлопает дверью.

На роскошной яхте Тимур Громов собирается объявить гостям пол будущего ребёнка. Рядом с ним юная любовница, а в центре внимания торт, приготовленный лучшим кондитером города. Только Тимур ещё не знает, что этот кондитер – его жена. Василиса Громова двадцать лет была удобной: идеальной супругой, надёжным тылом и женщиной, которая отказалась от мечты ради ресторанной империи мужа. Но когда вместо командировки в Казань она находит Тимура на палубе, с рукой на беременном животе любовницы, боль быстро превращается в холодную ярость. Он ждёт истерики, скандала и слёз. А получает безупречный срез трёхъярусного торта, кислотно-синий бисквит и кусок десерта, припечатанный к дорогому итальянскому пиджаку. Завтра Василиса подаст на развод. Сегодня она уходит из чужой жизни – с ножом шефа, прямой спиной и фразой, после которой гости ещё долго будут вспоминать этот праздник: – Улыбайся, гад! У вас будет мальчик.

— Кстати, Анфиса, — Лев отпил воды. — В нашей семье радость, у меня будет еще ребенок. Сначала я не поняла. Словно он сказал это на неизвестном языке. — Что? — Я сказал, у меня будет ребенок. И не один. Близнецы. — У у тебя? — мой голос, хриплый и дрожащий, словно принадлежал кому-то другому. — Не у нас? У тебя есть... любовница? Муж наконец поднял на меня глаза. В них не было ни капли смущения. Лишь холодная, отстраненная ясность. — Лика уже на сносях. Но не переживай, — он произнес это с такой леденящей душу искренностью, что меня затрясло мелкой дрожью. — Степа наш первенец, любимый сын. А ты ты всегда будешь с нами, считай, что это будут как твои внуки, будем вместе их растить! Я развелась. Оборвала все связи. Но через два года случайно встречаю бывшего мужа. И с гордостью говорю ему: - Дочь не твоя, не надейся, я тоже изменила тебе сразу после развода! Но есть одно НО...

Она держала новорождённого сына на руках, когда в палату вошла свекровь. Анжела Викторовна не поздравила её, не взглянула на внука — лишь холодно отрезала, что брать ребёнка не собирается. И эта ледяная отстранённость ударила больнее пощёчины. Свекровь закрыла за собой дверь родильной палаты и положила на тумбочку папку. Первобытный инстинкт уже кричал молодой матери — хватай ребёнка и беги. Беги от этой женщины, от её мёртвого взгляда, от того страшного, что вот-вот случится. Но бежать было некуда. Анжела Викторовна спокойно, почти равнодушно сообщила: Святослав больше не хочет её видеть. Ни её. Ни этого ребёнка. Её сын наконец прозрел и понял, с кем связал свою жизнь. Каждое слово падало на душу камнем, мир качнулся, стены поплыли перед глазами. А потом свекровь достала из папки документы. Тест ДНК. Чёрным по белому — ребёнок не от Святослава.

Она протянула ему телефон. Он посмотрел на экран — и его лицо не дрогнуло. Ни удивления, ни страха, ни вины. Просто положил телефон на стол и спокойно спросил, что дальше. На фотографии в чужой машине — он. В блоге, который читают двести сорок тысяч человек. И он даже не стал отрицать. Зачем врать, если она и так всё знает? Мир остановился. Саша смотрела на мужчину, с которым прожила десять лет, и не узнавала его. Он спокойно назвал имя — Кира Светлова. Три месяца. Девяносто дней он целовал жену, ужинал с ней, спал в одной постели — и имел другую. А на её почти беззвучное «почему» Алексей, глядя в окно, вынес приговор: та женщина заставляет его гореть. А Саша превратилась в удобную домохозяйку — скучную, унылую, серую. Она тянет его вниз. Десять лет она была его тылом. Теперь «серая домохозяйка» поднимется из пепла — и засияет так, что он ослепнет.

– Ты как выглядишь? На кого похожа стала? – он взмахивает рукой, будто пытается развеять мой образ. – Обрюзгшая, подурневшая! Старуха, в домашнем хозяйстве погрязшая! Клуша! Он говорит это громко. Слышат все. И все отводят глаза. Даже моя дочь А его любовница стоит у рояля в объятьях моей дочери и, трепетно подергивая плечиками, всхлипывает Мое место заняла другая. Только муж сильно ошибается, если думает, что я оставлю все так, как есть.

- Тебя шесть месяцев не было! - грубо одёргивает меня Михаил. - Ну я же не развлекалась там, я же после операции восстанавливалась..., - слёзы застилают глаза, держусь из последних сил, только не плакать...только не плакать... - Шесть месяцев, Ира, шесть понимаешь? Я же не монах жить без женщины столько времени! - А как же и в болезни и в здравии... Вернувшись домой после долгого отсутствия, понимаю, что маленький сынишка меня не помнит, а у мужа появилась женщина... Шок...неверие...это конец..., но оказалось, что это ещё не всё...худшее ждало меня впереди...

Муж выставил из дома, выделив мне только дом его бабушки. - Не согласна на это, тогда просто уходи, делить нам нечего, всё не наше! Пришлось согласиться, теперь у меня новая жизнь, рыжие волосы, собственное дело, огурчики, от которых клиенты готовы драться у калитки и девиз по жизни: больше никаких мужиков! Только как это втемяшить в голову ему – высокому, наглому, красивому до безобразия. Ведь в его лексиконе, кажется, слово «нет» просто не существует!